НОВОСТНОЙ ПОРТАЛ СНГ
События в политике, обществе, спорте. Сводка происшествий. Интервью
 
2023
iа.tirаs.ru@gmаil.соm // адрес редакции

Роман Коноплев: Госпереворот. Приднестровская версия - ч.2

Евразия // 13:49, 26 декабря 2008 // 2869
Продолжение.Начало здесь...

В решающий момент времени масса разобщенных индивидуумов и прикормленных чиновников становится абсолютно бессильной перед двумя последними звеньями в цепи переворота – деморализацией силовых структур и организацией уличных беспорядков.

В день «Ч» для «людей в погонах» сгодится все, что снижает способность к жесткой реакции, все, что расслабляет внимание - цветочки, дети, старухи… Специально подготовленные люди, по команде совершают определенные действия. К примеру, воткнуть цветочек в дуло автомата, поднести «сыночку-солдатику» домашние пирожки и чаёк, неожиданно упасть «с сердцем стало плохо» в момент, когда сотрудники МВД под руки пытаются уволочь дебоширку с митинга. Подобные моменты тщательно прорабатывались и были реализованы в сценариях всех «бархатных» революций – начиная с Москвы августа 1991 года – на территории очень многих республик бывшего СССР. Неподготовленные сотрудники МВД, парализованные страхом, испытывают глубокое чувство вины перед несчастными старухами, которых приходится куда-либо волочь. Деморализация силовых структур быстро приводит в движение общество. Толпа «заводится».

Чтобы взорвать политическую ситуацию в регионе, достаточно усилий одного процента населения, собранного в некой точке одновременно. Формальным поводом может оказаться что угодно: задержка заработной платы (вспомните шахтеров, с забастовки которых начался развал СССР), невыплата пособий, любая ошибка правительства может послужить сигналом для наступления дня«Ч».

При парализации системы МВД, на площадь подтянутся, почувствовав «смелость и решительность» еще 5 процентов населения. Одновременно еще 25 процентов, в общем-то, обычных и законопослушных граждан, пойдут… грабить собственных соседей. Наверняка далеко не все из них окажутся приднестровцами. Криминалитет целенаправленно завезут из-за Днестра, благо никаких возможностей по предотвращению подобной акции нет. Невозможно в толпе транзитных пассажиров отследить намерения кого-либо. Раствориться в толпе профессиональному преступнику не составит труда. Один за другим, они могут въехать на территорию Приднестровья любым количеством в ожидании определенного сигнала. В «параллельном мире» криминалитета многое можно направить и запланировать – он, конечно же, отделен от государства. Но не на столь незримое, как считают обычные граждане, расстояние. В нужный момент поводок этого «параллельного мира» подаст сигнал к действию. Криминалитет отправится грабить магазины, при этом наверняка спровоцирует определенную часть гражданского населения. У нас люди не хуже и не лучше, чем в других странах. Они законопослушны до тех пор, пока действует Уголовный Кодекс. На участие в погромах и массовом насилии можно спровоцировать десятки и сотни тысяч людей – есть определенные технологии. Они уже были отработаны в других странах, достаточно упомянуть события в Ираке. Атмосфера контролируемого хаоса – именно то, что требуется при ликвидации конституционного строя в первую очередь.

Среднестатистический чиновник исполнительной вертикали в такой момент увлечен единственным желанием: куда-нибудь срочно свалить. В похожей ситуации однажды бежал целый президент Акаев. Мне доводилось общаться с теми, кто защищал, как потом оказалось, совершенно пустой президентский дворец – многих его защитников там же и убили. Остальных сильно покалечили и подолгу держали в тюрьмах при уже новой власти. Той самой власти, которую спустя некоторое время признали вполне законной и девственно невинной с точки зрения международных норм по защите прав человека.

В суматохе власть подбирают другие. Вполне подготовленные «ученики английского языка», семинаристы «поддержки демократии и открытого общества», кто угодно. Пешки Нового Мирового Порядка нужны на незначительное время – позднее их спишут в утиль, но именно сейчас они незаменимы, упоенные властью, о которой ранее и мечтать не доводилось…

Обезумевший народ, в течение нескольких часов или суток «насладившись» массовыми… нет, не митингами, а погромами и насилием на улице, возопит к любому, кто в данный момент у власти оказался. Возопит, с просьбой вернуть основы государства – правопорядок и законность, личную безопасность. Их, разумеется, с горем пополам, возвращают. Если разбежится своя милиция, эту роль наверняка с честью исполнит сформированное к особому моменту русскоязычное подразделение армии Северо-атлантического альянса. У этих солдат не будет клыков и кривых сабель, и наверняка не будет опознавательного знака «NATO» на лбу и форме одежды. Они будут прекрасно говорить по-русски, и возможно, будут иметь липовый международный мандат на свое присутствие здесь.

Вы спросите, а где общественные организации? Они останутся там же, где и были. На бумажных листках, в портфелях чиновников. Поскольку в реальных событиях способны участвовать только реальные люди, а не мертвые души и не списки подчиненных определенного министерства, проглатываемые Минюстом при регистрации партий. Своим сотрудникам силовых структур при малейшем проявлении слабости в ходе массовых беспорядков, как правило, срывают погоны. Затем разоружают и ставят к стенке под каким-нибудь диким, но очень пафосным предлогом «пособничества тирании». Этому предшествует обычно наглая и эффективная пропаганда – мол, все до одного коррупционеры и палачи «кровавого режима». Очень долго и профессионально «подготавливали» граждан страны к уничтожению СССР. Вспомните, как в августе 1991 складывалось общественное мнение – люди с удовольствием топтали военную форму, и даже с некоторым злорадством отнеслись к самоубийству маршала Ахромеева, который не сумел пережить всенародного безумия и апофеоза массового предательства. «Не могу жить, когда гибнет моё Отечество и уничтожается всё, что я всегда считал смыслом моей жизни. Возраст и прошедшая моя жизнь дают мне право из жизни уйти. Я боролся до конца. Ахромеев» - это текст его предсмертной записки. Главными врагами общество определило «кровавых шпионов КГБ», военнослужащих и офицеров МВД – этим людям попросту плевали в лицо.

В роли силы, способной в считанные часы «навести порядок», не раздражая населения, идеальным исполнителем могут оказаться русскоговорящие солдаты НАТО. Вслед за ними в качестве «общественников-миссионеров» на смену отработанному материалу - местным НПОшникам - подтянутся румынские националисты. Транзитом через Молдову их никто не остановит, как не останавливал и в 1992 году. Спустя год-другой накануне ухода НАТО, используя опыт «возвращения к мирной жизни» в бывшей Югославии, им предложат стать местной полицией. Совсем необязательно при этом румынские националисты будут всех подряд пытать и мучить. Как раз наоборот – постараются предстать благородными и интеллигентными. Они не будут произносить бранных слов – вообще не будут говорить по-русски! Только улыбаться. Почти как американские солдаты в Ираке. Действительно, это гораздо разумнее, чем слать сюда полицейских из Молдовы. Те ведь, действительно, могут не сдержаться, открыть рот, да и пограбить-пострелять. Румынские националисты обязательно привезут с собой символику ЕС и горы бесплатных русскоязычных газет, обещающих светлое будущее в условиях демократии после падения оков тоталитаризма. Те, кто способен к сопротивлению, начнут бесследно исчезать, как пропадали без вести тысячи сербов в Косово.

Еще до прихода румынских националистов многие из сегодняшних жителей Приднестровья вынуждены будут попросту вывезти свои семьи. Не будет жесткой депортации и оскорбительных лозунгов, просто жить станет невыносимо. Разрушив основы государственности, вряд ли стоит ждать экономической стабильности. Ни одна страна из тех, где происходили подобные события, в дальнейшем не пришла к процветанию. «Мягкая зачистка» территории не предусматривает сохранения рабочих мест – их не будет вообще. Расходы на эту территорию ограничатся «гуманитарным» куском хлеба и водой – чтоб не подыхали, и набрались сил добраться до пограничного поста. Чтоб ехали отсюда подальше. Эта узкая полоска земли вдоль Днестра очень важна для слуг Нового Мирового Порядка. Территория и Контроль – это важно. Остальное несущественно.

Еще долгое время никто не станет менять нынешнюю символику ПМР – она и сегодня признается Евросоюзом и Молдовой в качестве региональной. Чтоб переход к «новой жизни» воспринимался спокойнее, без лишнего недовольства, кое-что останется как прежде. Придется лишь поработать «над имиджем» новых властей.О румынских националистах напишут в местных газетах, какие они хорошие и честные полицейские. Возможно, в газете «Приднестровье» с обновленной редакцией. Их будут регулярно показывать по местному телевидению. По ТВ ПМР. Не факт, что его переименуют. Зачем? Это не главное, это подождет. «Они наводят порядок на улицах». Расстреливают мародеров и грабителей. Успокаивают изнасилованных женщин. Распределяют хлеб и воду старикам, прочую гуманитарную помощь. В общем, занимаются тем, о чем мечтает любой член современной националистической организации, начиная со своих 18 лет. На сербов во время бомбежек Белграда американцы одновременно бросали пакеты с едой.

Тем временем официальная власть в Приднестровье переходит к другим людям. Кем бы эти «новые лидеры» не оказались при удачном для них сценарии, они непременно продемонстрируют лояльность международным структурам, ОБСЕ, ЕС, «мировому сообществу», НАТО и тому подобное. Пусть эти новые лидеры никакого отношения не будут иметь ни к румынским националистам, ни к участникам войны 1991-92 годов на стороне Молдовы, ни к членам молдавского правительства и молдавских партий. Некоторую часть наверняка составят послушные «ученики» тех самых НПО, которые беспрепятственно действуют на территории Приднестровья уже долгие годы. Вакантные должности заполнят, опять же, румынскими националистами. Думаю, те и другие найдут общий язык. В крайнем случае, первое время будут разговаривать по-английски.

Но это еще не всё. Накануне свертывания проекта «Приднестровская Молдавская Республика» и допуска на ее территорию политических организаций, способных привнести в общественную жизнь элементы румынского «здорового европейского национализма» а-ля Йорг Хайдер, приднестровской общественности будет дана возможность лицезреть быстрые судебные процессы и столь же быструю расправу. Над кем? Над членами «незаконных вооруженных бандформирований ПМР 1991-92 годов», но в первую очередь - над «преступниками из правительства черной дыры, торговавшей ядерными боеголовками».



В самой Румынии при аналогичных обстоятельствах очень странного переворота иностранные наемники 25 декабря 1989 года расстреляли Николае и Елену Чаушеску. Надеюсь, многие еще помнят те самые, документальные кадры скорого суда и расстрела. Сегодня в Румынии дислоцируется группировка в 15 тысяч военнослужащих армии США. Несколько зевак, несколько сотрудников спецслужб и президентская чета – очень скромная цена за оккупацию страны. Сами румыны ее заплатили сполна чуть позже, когда оценили разницу между прошлым и настоящим.

Я беседовал с румынами в самой Румынии спустя каких-то полтора года после казни четы Чаушеску. Они вспоминали своего погибшего президента и его жену с нежным трепетом и любовью… Мне их было жаль тогда, в конце восьмидесятых. И совершенно не верилось, что кто-то из этих милейших людей может в скором времени оказаться причастным к страшным событиям в Приднестровье. В конце концов, антивоенных митингов ни в Бухаресте, ни в других городах не случилось, когда на Днестре лилась кровь. В том числе и потому, что «здоровый европейский национализм» слишком быстро отформатировал систему ценностей румынской интеллигенции времен Чаушеску. И распространил эти мрачные идеи значительно дальше границ самой Румынии. Национализм всегда желает расширения пространства. Румынии недостает не только Приднестровья, но и некоторых областей Украины. В 1991 году в националистической прессе Кишинева я видел карту Великой Румынии, включающую в себя Брянскую область и Ставрополье. У них грандиозные планы на будущее. Однако, при всем уважении к румынской культуре и природе Трансильвании, я очень надеюсь, что их продуманные потомки, несмотря на международную поддержку, все же, споткнутся о Приднестровье.


Роман Коноплев