НОВОСТНОЙ ПОРТАЛ СНГ
События в политике, обществе, спорте. Сводка происшествий. Интервью
 
2019
iа.tirаs.ru@gmаil.соm // адрес редакции

Сергей Ильченко: Падение старых декораций

Эксперты // 17:31, 3 января 2008 // 2451

Итоги прошедшего года для Молдовы и перспективы года грядущего.


2007 год стал для Молдовы – впрочем, не только для нее – годом окончания многих политических баталий. Нет, мир в политике отнюдь не наступил – но старые партии свое отыграли. Начинается новая игра, с новым составом команд и по иным правилам правила. Наступает другая эпоха.

Подобные изменения, произошедшие на фоне – и, отчасти, благодаря - серьезным кризисам, как местного, так и общемирового масштаба характерны для всех стран региона. Наименее затронутой ими оказалась Румыния. Наибольшие изменения политического поля, фактически – его полный передел и перекрой – идут на наших глазах в Украине. Очень серьезно меняются политические расклады в Приднестровье. Но чтобы не пытаться в одной статье объять необъятное, я затрону лишь Молдову, упоминая о событиях в сопредельных с ней государствах лишь в силу необходимости. Итак, что можно сказать о политических событиях в Молдове в 2007 году и каковы ее перспективы на 2008 год?

Парадоксы ПКРМ

Правящая компартия, всегда бывшая не столько полноценным политическим формированием, сколько важной деталью в бизнес-структуре, принадлежавшей клану Ворониных, окончательно утратила черты политического формирования. По сути, низовая масса членов партии Воронину уже не нужна. Механизмы партийного членства в ПКРМ, вкупе с жестким вето властей на возникновение каких-либо новых политических формирований левой ориентации используются в низах для удержания под контролем некоторой части протестного электората, по преимуществу, старшего возраста. Но партийная часть этого механизма все чаще дает сбои. Как следствие, финансирование, выделяемое на «выпас стада» «рядовых коммунистов» неуклонно урезается, и ПКРМ из массовой партии, устроенной по образу и подобию КПСС, превращается в немногочисленную «шоу-партию» власти.
Эта партия в основном опирается на государственно-репрессивные механизмы. Иными словами, относительно демократическая власть в Молдове, вырванная коммунистами из ослабевших рук Петра Лучинского выродилась типичную диктатуру африканско-азиатского типа. Это неизбежно ведет к падению популярности ПКРМ, однако никаких политических сил, способных составить ей конкуренцию, в Молдове нет, и не предвидится. 2007 год продемонстрировал это как нельзя более отчетливо. Иными словами, ПКРМ, несмотря на падение популярности, была и остается ведущей политической силой Молдовы – и, по-видимому, останется таковой в ближайшие годы.

Крах оппозиции

Проигрыш коммунистами местных выборов в Кишиневе и в ряде районов Молдовы против ожиданий вовсе не стал торжеством оппозиционеров. Победа обернулась позором и крахом. Победившая оппозиция везде, без единого исключения, продемонстрировала свое полное ничтожество: безответственность, раздробленность, эгоистичность, отсутствие в ее рядах мало-мальски подготовленных управленческих кадров. А диктаторская, отвратительная, криминальная, опирающаяся исключительно на полицейский террор верхушка ПКРМ – наиболее здоровая политическая сила современной Молдовы.

Это вовсе не значит, что власть Воронина хороша. Напротив, она отвратительна, и она архаична, как мезозойская рептилия, каким-то чудом дожившая до наших дней. Но все ее конкуренты – еще хуже, и, несмотря на «ультраевропейские» лозунги еще более дремучи. Можно не сомневаться, что если они по какому то капризу судьбы окажутся у власти – то проявят себя хуже, чем партия Воронина, притом, во всех отношениях. Именно это трагичное отсутствие каких-либо перспектив и дает право говорить о полной и непоправимой государственной несостоятельности Молдовы. Любые частные проблемы можно было бы разрешить. В этом отношении вовсе не фатальны ни экономические и политические трудности, ни диктатура Воронина, ни сложные отношения с соседями, прежде всего – с Румынией, ни неразрешенная приднестровская проблема, ни любые другие сложности. Все можно было бы решать, и решать вполне успешно. Но молдавское общество оказалось совершенно бесплодно – оно не порождает ни политических фигур, ни общественных движений действительно способных к ответственному государственному строительству.

Приход внешних игроков

Когда жители дома не способны распорядиться в нем сами – в дом неизбежно приходят хозяева со стороны. Эта истина верна также и в отношении государств, тем более – государств, географически расположенных «на перекрестках» - таких, как Молдова.

Крах молдавской государственности следует, по-видимому, считать совершившимся фактом. Его юридическое оформление – не более, чем вопрос времени. Но вот формы этого оформления остаются пока под вопросом. Молдова может перейти под контроль целого ряда структур, каждая из которых заинтересована в таком приобретении. Более того, наиболее вероятные варианты развития событий допускают даже формальное сохранение Молдовой государственного суверенитета. Но, подчеркну еще раз: этот суверенитет уже сегодня существует исключительно на бумаге, отчасти – воспаленном воображении части молдавского руководства и обслуживающих его провинциальных «политологов» и полуграмотных «интеллектуалов». Между тем, как совершенно правильно пишет румынская газета «Ziua», «Молдавия является типичным примером слабого государства, не имеющего ясного будущего и не способного обеспечить суверенитет на значительной части территории в Приднестровье». Иными словами, территориальный распад образования, формально существующего под названием «Республика Молдова» есть уже свершившийся факт. Вопрос лишь в том, кому достанутся осколки.

Вопреки распространенному заблуждению, Россия как государство слабо заинтересована в Молдове. Некоторый – довольно, впрочем, вялый – интерес проявляется к ней в плане сдерживания НАТО – но игра на молдавском поле как фактор такого сдерживания крайне малоэффективна. Зато Молдовой всерьез интересуются различные ФПГ, базирующиеся на Россию. Назвать их «российскими» можно лишь с большой оговоркой – крупные ФПГ по определению транснациональный – но они, несомненно, имеют значительные связи с российскими государственными структурами. Все последние политические маневры, связанные с возникновением в Молдове разного рода политических групп и группочек, позиционирующих себя как «пророссийские», есть исключительно продукт этой деятельности. Никаких реальных, органически присущих молдавскому обществу пророссийских политических сил, за исключением, быть может, малочисленных маргинальных группировок, в Молдове нет, и никогда не было.

Другие игроки, борющиеся за контроль над Молдовой, сегодня значительно слабее. В отличие от российских ФПГ, которые совсем не прочь включить в свой состав хотя и карманное, но формально международно-признаваемое государство, они не претендуют на большую часть пирога. Максимум их амбиций – завоевание устойчивого места на «молдавском» политическом поле. Слово «молдавский» взято в кавычки по причине того, что новый политикум Молдовы, формирующийся на наших глазах, по сути, молдавским не является. За исключением ПКРМ, являющейся инструментом нынешней молдавской власти, и лоскутной «оппозиции», быстро уходящей в политическое небытие, все политические силы новой постановки – инструменты внешних игроков. Разумеется, часть политических фигур из старой обоймы может быть взята и в новые структуры (и у входа в отделы кадров этих новых структур сейчас идет страшная давка). Но в целом, это будет совершенно иной, принципиально отличный от нынешнего, формат ситуации.

Среди других внешних сил, борющихся за влияние на молдавском поле, достойны упоминания две. Это, во-первых, президент Бэсеску и его политическое окружение (Демократическая партия Румынии, лидером которой он является и союзничающие с ней силы). Важно понимать, что позиция Бэсеску в отношении Молдовы – при всем при том, что он – действующий президент – отнюдь не равнозначна румынской политике на этом направлении. Бэсеску – харизматик и радикал, он пытается поднять свой имидж, муссируя идею объединения страны – но его заявления на 90% есть чистый PR, заведомо лишенный перспектив быть реализованным на практике в ближайшее время. В практическом плане Румыния действует весьма осторожно и взвешено. Сегодня позиция Бухареста может быть описана примерно так: укрепиться в Молдове, создать там долговременные перспективы, заложить основы для формирования в будущем мощных прорумынских политических сил – и выжидать, оставаясь в тени. Если же говорить о политических реалиях, то Румыния объективно заинтересована в том, чтобы держать бессарабский вопрос в подогретом состоянии – но совсем не заинтересована в присоединении Молдовы в целом, либо ее правобережного осколка.

Второй силой, действующей еще более осторожно и мягко, является ЕС. Планы Евросоюза в отношении Молдовы – примерно те же, что и Румынии.

Правда, еще не сказала своего слова Украина. Полагаю, что с приходом правительства Юлии Тимошенко активность Украины на молдо-приднестровском направлении резко возрастет, перейдя в новое качество.

Грядущая политическая архитектура 2008 года

По-видимому, основной интригой года станет постепенное ограничение степени свободы правящей в Кишиневе администрации во главе с Ворониным и постепенное вытеснение с политического поля ПКРМ. Одновременно будет расти влияние российских ФПГ, осуществляемое как через подконтрольные им политические фигуры, так и через их лобби в МИД и ГД РФ. Румыния и ЕС будут постепенно укреплять свои позиции, не конфликтуя с Россией и стараясь, по возможности, смягчить неизбежные конфликты с командой Воронина. Тем не менее, ухода этой команды, равно как и самого Воронина, а также каких-либо существенных кадровых перестановок и принципиальных изменений политического курса Молдовы в 2008 году ожидать не следует. Основной же интригой 2008 года станет, по всей видимости, активизация Украины на молдавско-приднестровском направлении. Предпосылки такой активизации уже отчетливо видны.

Сергей Ильченко