НОВОСТНОЙ ПОРТАЛ СНГ
События в политике, обществе, спорте. Сводка происшествий. Интервью
 
2022
iа.tirаs.ru@gmаil.соm // адрес редакции

Стратегия модернизации сознания для Приднестровья

Политика // 08:55, 9 февраля 2010 // 1978
altНа протяжении всех лет существования Приднестровской республики обретения полного или хотя бы частичного признания ее государственности остается ключевой идеей как правящей элиты, так и значительной части населения. Более того, именно эта идея является на сегодня главным мобилизующим фактором, которое обеспечивает устойчивость государственных структур.
    
Заметим сразу – автор не является сторонником независимости Приднестровья, однако история учит, что возможны даже самые необычные повороты, случайности, стечение обстоятельств, воля держав-лидеров и т.п.
    
Допустим гипотетически, что ПМР из статуса непризнанного перешла в статус «частично признанного» государства. Однако готова Приднестровская республика к самостоятельному плаванию? Существует ли у политической элиты страны стратегия или хотя бы ориентировочное видение развития страны в качестве независимого государства? Или даже видение развития Приднестровья в составе единого государства Молдова?
    
Можно по-прежнему полагаться на Россию и она, вероятнее всего, не оставит Приднестровье без помощи и ради геополитических амбиций сможет оказать поддержку и дешевым газом, и гуманитарными поставками. Но даром, как известно, ничего не бывает. Да и сам по себе принцип «за нас подумает Москва» и «Москва все спишет» порочен для политиков, которые претендуют на статус государственных деятелей.

       Конкурентоспособно ли Приднестровье?

    
Нынешний глобальный мир – это мир жесткой конкуренции, в которой выигрывает сильнейший. И малым государствам в этих условиях необходимо найти свою нишу для того, чтобы не выпасть на обочину мировой экономики, а вместе с тем и на обочину мировой истории.
Сегодня одним из ключевых понятий, определяющих статус государства в современных условиях является конкурентоспособность, которую определяется как способность страны государства участвовать в международной торговле, удерживать и расширять определенные сегменты на мировых рынках, производить продукцию, соответствующую мировым образцам. Определяется технико-экономическим уровнем производства в стране, величиной издержек производства, качеством производимых товаров, развитостью инфраструктуры, наличием абсолютных и относительных преимуществ.

Небольшая справка. Наиболее репрезентативный показатель конкурентоспособности впервые был разработан известной международной организацией –  Всемирным экономическим форумом (World Economic Forum, WEF) в 1986 г. Для подсчета рейтинга конкурентоспособности анализируются 312 /1/ показателей, из них 73 показателя используются лишь как вводная информация о стране и в конечном рейтинге не отражаются. Остальные 239 критериев, которые находят отражение в конечном рейтинге, сгруппированы в восемь агрегированных факторов:
- внутренний экономический потенциал;
- внешнеэкономические связи;
- государственное регулирование;
- кредитно-финансовая система;
- инфраструктура;
- система управления;
- научно-технический потенциал;
- трудовые ресурсы.    

Понятное дело, что сейчас ВЭФ при оценке конкурентоспособности государств не учитывает Приднестровье, и все негативные или позитивные баллы зарабатывает Молдова в целом.
Что представляет собой Приднестровье? Государство площадью 4163 км.км. (165-е место в мире), с населением численностью более 527 тыс. человек (170-е  место) и ВВП на душу населения – порядка 1500 USD (данные 2007 года, необходима коррекция с учетом кризиса). Если для сравнения взять Европу, то где-то рядом с непризнанной Турецкой Республикой Северный Кипр и Люксембургом. Но у того же Северного Кипра ВВП на душу населения – более 10 тыс. USD, а у Люксембурга – более 117 тысяч USD. Вполне понятно, что на развитие Приднестровье серьезную роль оказывают внешние факторы, в частности, неурегулированность статуса.  
 Однако, те, кому небезразлично будущее ПМР  стоит сегодня задуматься хотя бы над следующими вопросами:
    
Насколько эффективной сегодня является государственная система Приднестровья в плане демократичности, гибкости, прозрачности, подконтрольности гражданскому обществу, устойчивости к коррупции?
    
Насколько благоприятным является сегодня бизнес-климат и инвестиционный климат в стране (уровень налогов, доступность банковских кредитов для предпринимателей и потребителей, возможность решать хозяйственные споры в суде, что предполагает независимую и авторитетную судебную систему)?
    
Каким образом сегодня обеспечивается продовольственная безопасность государства (производство зерна как для внутреннего потребления, так и на экспорт, состояние животноводства, зависимость от импорта зарубежных продовольственных товаров, развитие пищевой и перерабатывающей промышленности и т.д.)?
    
Насколько высок уровень инновационной продукции (применяются ли новые ресурсо- и энергосберегающие технологии, каков уровень энергозатрат на единицу продукции по сравнению, скажем, с европейскими странами)?
    
Каков уровень развития инфраструктуры (транзитный потенциал, качество и пропускная способность автомобильных дорог, состояние основных энергопроводов, уровень газификация населенных пунктов, состояние жилищно-коммунальной сферы)?
    
Каково качество трудовых ресурсов (демографическая ситуация, образовательный уровень, конкурентность местных дипломов на рынке)?
    
Думаю, что после ответа на перечисленные вопросы сложится довольно безрадостная картина. И соответственно, встанет вопрос – что делать.

От модернизации сознания – к модернизации государства

Вопрос этот стоит, в первую очередь, перед политическим классом Приднестровья, перед элитой, теми, кто ответственен за принятие решений. Именно от них зависит степень готовности государства дать адекватный ответ на вызовы современности.  Именно ей необходимо переосмыслить существующие проблемы и пойти на своеобразную модернизацию сознания, понимание того, что так как жили прежде, жить нельзя. Эта проблема стоит сегодня практически перед всеми политическими элитами постсоветского бизнес-пространства. Фактически и Россия, и Украина довольно бездарно распорядились тем благоприятным для них периодом, который сложился на рубеже XX и XXI столетий. Растущие цены на энергоносители, спрос на металл и продукцию химической промышленности давали этим государствам шанс обратить поступающие средства на модернизацию экономики, внедрение инноваций. Но, увы, за все эти годы так и не появилась российская или украинская Nokia или IBM.
На поверку и «великая энергетическая держава» и «украинское чудо» оказались блефом, построенным на выгодной мировой конъюнктуре.

Элиты каждой из стран отреагировали по-разному. Поглощенная внутренними баталиями и грядущими президентскими выборами украинская элита так и не смогла представить внятный план будущего страны. Претенденты на президентское кресло говорят о дне сегодняшнем – о социале, о повышении пенсий и зарплат. Никто из фаворитов гонки – ни Тимошенко, ни Янукович не признал собственной ответственности за положение страны. А ведь именно за Януковичем стоят олигархи, владеющие основными металлургическими и химическими предприятиями страны, те, кто получал сверхприбыли в благоприятный период, и кто сегодня спешит распродать часть своих бесперспективных активов. Ведь именно их устраивала та ситуация в стране, дешевизна рабочей силы и дешевизна (до недавнего периода) российского газа, существующие теневые схемы, огромные налоги и многое другое. И именно усилиями правительства Тимошенко, проводившего лояльную по отношению к импортерам политику, выросло негативное сальдо внешней торговли и ухудшился платежный баланс.

Российская элита отреагировала более остро. В программной статье «Россия, вперед!» Президент Российской Федерации Дмитрий Медведев признал: «Мировой экономический кризис показал: дела наши обстоят далеко не самым лучшим образом. Двадцать лет бурных преобразований так и не избавили нашу страну от унизительной сырьевой зависимости. Наша теперешняя экономика переняла у советской самый тяжёлый порок – она в значительной степени игнорирует потребности человека. Отечественный бизнес за малым исключением не изобретает, не создаёт нужные людям вещи и технологии. Торгует тем, что сделано не им, – сырьём либо импортными товарами. Готовые же изделия, произведённые в России, в основной массе пока отличаются крайне невысокой конкурентоспособностью».Впрочем, период прозрения может быть краткосрочным. Как только мировая конъюнктура улучшится, все может вернуться на круги своя и вновь потечет нефть и газ в Европу, а в Украине на технологически устарелых, энергоемких предприятиях начнут вновь гнать металл.
Нечто похожее может произойти и с Приднестровьем.

Трезвомыслящие политики и в Украине и в России говорят о том, что сегодня обеим странам одинаково необходимо выйти из зоны комфортного существования, расстаться с иллюзиями, что на прежней экономической основе возможен выход на новые рубежи, что все будет как прежде — цены на нефть, газ и металл будут расти, а вместе с ними расти доходы российских и украинских олигархов, а параллельно, пусть и в гораздо меньших размерах, доходы простых граждан. Подобный вариант развития будет напоминать не движение по спирали снизу вверх, а движение по кругу. Каждый раз экономики обеих государств будут возвращаться в исходную точку, с каждым разом запас прочности будет исчерпываться, ресурсы истощаться, а частота обращений по кругу возрастать.

Артем Филипенко, политолог, эксперт, Одесса