/
iа.tirаs.ru@gmаil.соm // адрес редакции
Смерть Волонтира: плакальщицы по Будулаю

Смерть Волонтира: плакальщицы по Будулаю

Общество
//
17:58, 2 октября 2018
//
808

Недавно умер известный советский артист Михай Волонтир. Он в свое время прославился ролями цыгана Будулая и прапорщика-пограничника. После его смерти, как у нас принято, когда умирает известный артист, в соцсетях пользователи стали писать трогательные сентиментальные некрологи. Однако неожиданно для тех, кто не в теме, выяснилось, что покойный ненавидел русских.

Он оказывается, несмотря на свое цыганское происхождение, был убежденным румынским националистом и сторонником «воссоединения» Молдавии с Румынией. Он участвовал во всех националистических митингах, начиная еще с конца 80-х. был членом Народного фронта. Ходил с плакатом «Чемодан – вокзал – Россия!». Активно поддерживал убийства румынскими националистами «сепаратистов» в Приднестровье, включая убийства школьниц-выпускниц в Бендерах.
 
Проживая последние годы жизни в русскоязычных Бельцах, ходил по улицам с переводчиком, чтобы не говорить на «языке оккупантов».
Однако, когда у него обнаружилась тяжелая болезнь, никто ему ни по «цыганской линии», ни по «румынской» помощи не оказал. И тогда Волонтир с чистой совестью обратился к своим поклонникам в России и объявил о сборе средств на свое лечение. И добрые русские тут же собрали ему деньги на дорогую операцию. И, собирая деньги на свое лечение, Волонтир не счел нужным извиниться перед своими русскими поклонниками за те мерзости, которые он много лет говорил о нашем народе. Впрочем, операция ему не помогла, и вскоре Волонтир умер.
 
И вот тут начинается самое интересное. Когда люди, знакомые с биографией Волонтира, поделились этими сведениями с сокрушающимися о нем пользователями в социальных сетях, реакция на эту информацию значительной их части оказалась, мягко выражаясь, несколько парадоксальной. Ну и что, сказали поклонники творчества Волонтира. Его политические взгляды не отменяют нашей глубокой любви к нему как к актеру.
 
Одна дама вообще сказала бессмертную фразу: «Никакие ваши «аргументы» не заставят меня отказаться от Мимино и Будулая». Другой пользователь сказал, что образ прапорщика пограничных войск воспитывает российский патриотизм, и это гораздо важнее русофобских высказываний артиста. «Даже если они были». И еще все эти люди обязательно подчеркивали, что кинофильмы, в которых на них произвел впечатление Волонтир, были «добрыми».
Несколько более честные поклонники Волонтира, признавая в принципе силу аргументов о его ненависти к нашему народу, говорили, что «о мертвых либо хорошо, либо ничего». И добавляли, что «доброта к мертвым и милость к врагам – это одна из лучших черт русского народа».

В общем-то, произошла довольно обычная история. Потому что, как я уже говорил, примерно в таких выражениях у нас теперь принято сокрушаться после смерти известных советских актеров. Просто впервые за то время, когда возник этот «поминальный обычай», умер известный актер, который, к тому же, ненавидел русских. И у его поклонников случились «когнитивный диссонанс» вместе с «сшибкой стереотипов». И люди начали пытаться защищать свои стереотипы.
 
Но для нас эта история является крайне поучительной. Поскольку в результате этой сшибки стереотипов на свет Божий вышли такие, как оказывается, массово распространенные убеждения, от которых, на мой взгляд, нам нужно избавляться, и поскорее. Попробую перечислить эти выявленные убеждения и объяснить, почему от них стоит избавиться. Начну с самых слабых тезисов и буду перечислять по мере их усиления.
Тезис о том, что сильной стороной нашего народа является проявление милосердия к врагам и прощение врагов, особенно после их смерти, хорош уже тем, что называет врагов врагами, а не выдает их за друзей. Однако, что значит – прощать врагов? Одно дело, проявлять милосердие к уже побежденному врагу. Когда наши женщины передавали еду пленным немцам или идущим по этапу каторжникам, они проявляли очень, по сути, русское милосердие к побежденным врагам. Однако, полагаю, вряд ли они помогали бы этим пленным или этим каторжникам, особенно зная, что они осуждены за душегубство, бежать из плена или с каторги.
 
Впрочем, мой аргумент является даже излишне сильным. Поскольку те, кто употреблял относительно Волонтира аргументы о «милосердии» или «кто без греха», реально, как правило, не склонен к прощению своих личных врагов. У нас сегодня если прощают личных врагов, то только близких родственников или начальство. А уже с друзьями разрывают чуть ли не за малейшую бестактность. Так что, скорее всего, мои оппоненты лицемерят и «прощают грехи» Волонтиру исключительно за то, что он «любимый артист».
 
Таким образом, тезис о «прощении врагов» превращается в гораздо более сильный тезис – «мы вам Мимино и Будулая не отдадим!». То есть в тезис о том, что любимые артисты «врагами быть не могут». По определению, так сказать. Ибо гений и злодейство - и все такое прочее бла-бла-бла. Сюда же относится и «подкрепляющий» аргумент о том, что все фильмы с любимым артистом – «добрые».
Я, конечно, не считаю тех, кто так утверждает, полными идиотами и инфантилами, вообще не различающими режиссера от актера, а актера от персонажа. Но иногда мне кажется, что что-то такое у них, все же, присутствует. Хотя бы в разбавленном виде и на уровне подсознания. Потому что, что значит, что фильм добрый? Только то, что в сюжете этого фильма добро, в конце концов, побеждает, хорошие персонажи обретают свое заслуженное счастье, а плохие наказываются. И я против таких хеппи-эндов ничего не имею.
 
Но все это не имеет прямого отношения к тому, кого именно сценарист и режиссер фильма назначит «хорошими», а кого «плохими». И я думаю, мы все уже достаточно взрослые, и должны понимать, что ответ на этот вопрос в гораздо большей мере определяется пропагандистскими и идеологическими целями авторов фильма, по крайней мере, такого простого и незатейливого фильма, как «Возращение Будулая», нежели таинственным и необъяснимым словами «авторским замыслом».
 
И я надеюсь, у моих оппонентов не совсем отшиблены мозги, и они понимают, что фильмы о Будулае имели предназначение воспитывать «дружбу народов» и «интернационализм». И можно снять не менее «добрый фильм», в котором отрицательные персонажи будут, к примеру, наркодилерами цыганского происхождения, а положительные – русскими, румынами или венграми. В зависимости от того, в какой стране этот фильм снят.
Ну хорошо. Предположим, вы сторонник той идеологии, в русле которой снята дилогия о Будулае. Вот любите вы и интернационализм, и дружбу народов. И точно знаете, что «плохих народов не бывает». А Волонтир-то тут причем? Ну, нравится вам очень фильм с его участием. И сюжет нравится, и идейный посыл, и актерская игра. Но если вам больше 14 лет, то, по крайней мере, я на это очень надеюсь, вы должны понимать, что 90% того, что вам так нравится в фильме, создано работой сценариста, режиссера и оператора. А доля во всем этом актерской работы вряд ли больше 10%.
 
И что же вам, хотел бы я знать, в таком случае, мешает любить свои любимые фильмы, но при этом честно признавать, что Михай Волонтир того, что вам нравится в этих фильмах, оказался глубоко недостоин. Поскольку с какого-то момента яростно возненавидел и дружбу народов, и интернационализм. Но нет. Вы продолжаете вопить: «Не дадим отнять у нас Мимино и Будулая!». Да кто их у вас отнимает? Каким образом вы интерпретируете как «отнимание» правдивую информацию о политических взглядах Кикабидзе и Волонтира?
 
Нет, я понимаю, если бы вы сами придерживались той же идеологии, что и ваши любимые артисты. Поддерживали бы страстно грузинский или румынский национализм и антипатизировали бы русским или даже их ненавидели. Но нет. Большая часть моих оппонентов являются даже не интернационалистами, а нормальными российскими и русскими патриотами. И, тем не менее, приходят в неистовство в ответ на указания фактов, говорящих о том, что Кикабидзе с Волонтиром русских, мягко выражаясь, недолюбливают.
 
Так что, по зрелом размышлении, я вынужден все же признать, что дело тут не в идеологии моих оппонентов, и даже не в идеологии фильмов, которые им чрезвычайно сильно нравятся. Дело исключительно в их личных чувствах к артистам кино. Они от них попросту фанатеют. И как тринадцатилетние девочки, фанатеющие от любимого певца, приходят в крайнее негодование, когда им говорят, что их кумир э-э-э… не вполне традиционной ориентации, так и наши любители «Мимино с Будулаем» также, и на том же возрастном уровне, фанатеют от Волонтира и Кикабидзе. Или, предположим, от Богдана Ступки с Богданом Бенюком.
 
И на любое негативное утверждение в адрес своего кумира реагируют, как фанаты футбольных команд на возгласы «Кони!» или «Мясо!». И если моя гипотеза верна, то могу только посоветовать начать лечиться от патологической зависимости. Ну, а если это не лечится? Тогда лично мне с вами беседовать не о чем. И, полагаю, не мне одному.
Система комментирования SigComments

Подписка на рассылку

Раздел в разработке


×