НОВОСТНОЙ ПОРТАЛ СНГ
События в политике, обществе, спорте. Сводка происшествий. Интервью
 
2021
iа.tirаs.ru@gmаil.соm // адрес редакции

Иван Мазепа и наш долг Украине

Эксперты // 09:36, 20 октября 2008 // 2992


К проекту открытия в Бендерах памятника Ивану Мазепе

…И с культуры поснимали пенку:

Кроме двух прославленных Тарасов -

Бульбы, и известного Шевченка, -

Ничего не выжмешь, сколько ни старайся.


В.Маяковский «Долг Украине»


История одной провокации


14 октября, у стен Бендерской крепости состоялась закладка мемориальной плиты на месте, где планируется установить памятник украинскому гетману Ивану Мазепе. Памятник планируют установить в год 300-летия со дня смерти Мазепы - в 2009 году. На церемонии закладки мемориальной плиты присутствовали представители посольства Украины в Молдове,руководители украинских этнокультурных организаций Приднестровья представители группы военных наблюдателей Украины.

Собственно говоря, объективная информация о событии этим и исчерпывается. Все прочее – интерпретации и манипуляции. Зачастую - крайне недобросовестные.

Понятно, что установка мемориальной плиты вызвала бурную реакцию – и вполне предсказуемую. Фигура Мазепы давно уже стала не столько исторической, сколько символической. Как следствие, дискуссия быстро пошла по накатанной колее, сведясь к теме вражды и холодной войны между Россией и Украиной и привычному уже ультиматуму в адрес Приднестровья: вступить в эту войне, сделав выбор в пользу одной из сторон.

Добросовестные комментаторы отмечали, что фигура Ивана Мазепы и его роль в истории стали в последние годы не столько предметом исторических исследований, сколько политическим и пропагандистским символом. Для одних – Мазепа символ предательства и негативного отношения к России. Для других – символ борьбы за украинскую независимость, причем и в этом случае акцент делается на попытку увода Украины из-под российского влияния. Это начисто лишает споры вокруг Мазепы даже намека на академичность.

Но далеко не все комментаторы были добросовестны. История с проектом возведения в Приднестровье памятника Ивану Мазепе была по полной программе использована группой провокаторов, рядящихся в маски «российских православных патриотов», и внушающих читателям, что Приднестровье превратилось вантироссийский анклав и вместе с Украиной ведет против России необъявленную войну, а правобережная Молдова – напротив, лучший друг России и ее потенциальный союзник в будущей войне с Украиной.На сей раз, эти писаки договорились до «позорного пятна», якобы легшего на Приднестровье и «откровенного плевка в лицо России» дающего основание для импичментапрезидента Смирнова.

При всей карикатурности и этих фигур, и их заявлений, не стоит недооценивать причиняемый ими вред. Большинство россиян имеют о Приднестровье крайне смутное представление и легко ведутся на вранье, подаваемое «политологами», которые, брызгая слюной, клянутся в своем российском патриотизме и преданности православию. В действительности, как по сути своих писаний, так и с формальной стороны, вся эта публика бесконечно далека и от России, и от политологии, и от православия, и от знания истории и понимания современных событий, о которых они берутся судить. Но из России этого часто не видно. Впрочем, не только из России. Похоже, что кое-кто из приднестровцев тоже начинает видеть ситуацию исключительно через призму украино-российкого противостояния.


Мазепа как историческая фигура

Реальный Иван Мазепа жил и умер три века назад. Его кости давно истлели, а политические игры, в которых он участвовал, интересны только специалистам и бесконечно далеки от современных проблем. Он был сыном своего времени, и жил, как и все его окружение, по его законам. Причины поступков Мазепы,его карьера,история его взлета и падения более или менее объяснимы и достаточно детально изучены историками. А вот с моральной трактовкой все обстоит много сложнее.

Моральная оценка исторических персонажей – дело вообще крайне неблагодарное, а политика всегда была занятием аморальным. К моменту ухода к шведам за плечами у гетмана была многолетняя карьера, выстроенная по принципу «цель оправдывает средства», в которой переход от Петра к Карлу смотрится всего лишь эпизодом, нисколько не аморальнее многих других. Его можно назвать необдуманным, ошибочным, и совершенным под влиянием момента- так оно, скорее всего и было. Но, изучив хотя бы немного, жизненный путь Мазепы, его нельзя назвать неожиданным. Впоследствии Мазепа вел переговоры с Петром о сдаче ему Карла XII, причем, Петр отнесся к этой идее вполне благосклонно и обещал Мазепе вернуть ему свое расположение. Замысел сорвался, но удайся он – и отношение к фигуре Мазепы было бы совсем иным.

Другими словами, Мазепа, как историческое лицо, всего лишь играл по общим правилам своего круга. Кроме того, предать, как известно, могут только свои. А был ли Мазепа - воспитанник иезуитов,проведший юность в Польшеи пригретый затем гетманом Самойловичем, от которого он впоследствии избавился руками князя Голицына, свалив на Самойловича вину за провал Азовского похода «своим» для кого бы то ни было, включая и Петра– вопрос спорный. Русские историки говорят «да» - и на этом основании считают Мазепу предателем. Украинские истории отвечают «нет», и говорят о том, что украинский патриот Мазепа многие годы лавировал, сосредотачивая в своих рукахмаксимум власти в Украине и мечтая о ее целостности и относительной независимости под покровительством могущественного сюзерена, все равно какого. Понятно, что первая трактовка рождает образ аморального предателя, вторая же – государственного деятеля, сделавшего попытку, построения украинской государственности пусть и неудачную. Я позволю себе высказать третью точку зрения: исторический Мазепа никогда никого не предавал, поскольку всегда действовал только в своих интересах, не гнушаясь при этом ничем. В какой-то момент Мазепа сделал ставку на Самойловича и на Россию – и угадал. Позднее, неверно оценив ситуацию, он поставил на Карла XII –и проиграл все, что выиграл ранее. А большая часть украинского казачества, оценив свои перспективы иначе, чем он, за Мазепой не пошла.


Мазепа как легенда и символ

В качестве ловкого карьериста, Мазепа, живший триста лет назад, был бы интересен сегодня только историкам. Но Мазепа постепенно превратился в символ. Этому немало поспособствовал еще Петр Первый, отливший специально для него единственный в истории «Орден Иуды» - тяжелую чугунную медаль на толстой цепи, которую предполагалось повесить на шею изменнику и с ней его утопить. Мазепа – злодей и предатель стал расхожим символом в российской истории. Вполне закономерно, что позднее Мазепа вошел и в украинский пантеон исторических фигур – но уже как герой борьбы за независимость Украины. Понятно и то, что Мазепа-символ оказался востребован в первую очередь антироссийской частью украинского политикума.

Различное толкование истории с российской и с украинской позиций вызывает, и еще долго будет вызывать, весьма эмоциональные конфликты. В процессе становления межгосударственных отношений между Россией и Украиной, еще недавно бывшими частями одной страны, такие противоречия неизбежны. Делать их поводом для вражды и войны –любимое занятие провокаторов. А давать материал для новых провокаций, равно как и поддакивать провокаторам, не пытаясь вникнуть в суть проблемы – удел глупцов.


Героические грабли

Именно провокаторы, раструбившие об «оскорблении России» и о«проукраинских настроениях в Приднестровье» как об индикаторе антироссийских настроений, и одерживают сейчас одну победу за другой. Сначала они прокричали об установке в Бендерах памятника Мазепе, подав эту историю в самых черных красках и приправив ее многочисленными домыслами и передержками. Сейчас, когда другая часть наших политиков и публицистов, проглотив подброшенную им наживку, кинулась разоблачать и анафемизировать Мазепу, эти же провокаторы используют это уже для очернения Приднестровья в Украине. Самое обидное – это то, что весь шум вокруг установки памятной плиты был предсказуем изначально. Наши политики – и те, кто выступал за ее установку, и те, кто будет сейчас выступать против, фактически позволили подсечь себя на голый крючок.

Разговоры об установке памятника Мазепе «как историческому деятелю» есть чистейшая демагогия. Сегодня исторический Мазепа известен только специалистам - историкам. Широкой публике он известен только как политический символ: для одних предатель, для других - герой. В этом смысле Мазепа с полным правом может считатьсясовременным политиком, влияющим на российско-украинские отношения.

Возникает естественный вопрос: если заранее было известно, что будет скандал – зачем понадобилось геройски наступать на грабли? Зачем надо было входить в ситуацию, на выходе из которой Приднестровье неизбежно ухудшит свои позиции и в России, и в Украине? Поистине, установка злополучной плиты в память о Мазепе обернулась такой же нерасчетливой глупостью, как и переход самого Мазепы к Карлу XII.

Приднестровью необходимы хорошие отношения и с Россией, и с Украиной. С обоими странами в равной мере – без этого нам просто не выжить. А это означает, что всякий раз, когда между Украиной и Россией возникают трения, Приднестровье должно избегать любого соприкосновения с этим спорами. Мазепа умер 300 лет назад, и до сих пор Бендеры как-то обходились без памятной плиты в его честь. Можно, наверное, было бы обождать с ее установкой еще год-полтора – хотя бы до ближайших президентских выборов в Украине. Возможно, по их результатам вопрос и утратил часть нынешней остроты, и установка памятника Мазепе как историческому лицу – а не как действующему политику – стала бы возможной.

И если даже кому-то уж так срочно понадобилось установить такой памятный знак – ну, хорошо, 300 лет со дня смерти, допустим - то, опять-таки, при чем тут Бендерская крепость? Большую часть времени, проведенного в Бендерах, Мазепа прожил в съемном доме на Варнице. Там он и умер, и похоронен был на Варнице, и на месте его первой могилы (прах Мазепы тоже долго путешествовал, никак не находя покоя, но это отдельная история) имеется памятный знак. Ну, чем не место для памятника?

Словом, возможностей для тактичного решения этого щекотливого вопроса быломножество. Все можно было решить, не обижая ни российскую, ни украинскую сторону, соблюдя вежливость ко всем, и не нарвавшись на скандал. В самом крайнем случае, если уж без плиты в окрестностях Бендерской крепости было не обойтись, если без нее было ну просто как без воздуха, то от ее установки можно и нужно было дистанцироваться действующим политикам, и тем более – государственным чиновникам. Есть, в конце концов, украинские этнокультурные организации. Считают они необходимым установить такую плиту – пусть устанавливают. Считают их члены уместным почтить своим присутствиемее открытие – пусть соберутся. Но зачем было устраивать шоу с участием школьников и представителей городской администрации?

Безграмотные действия ряда должностных лиц поставили наше государство в совершенно идиотское положение. Самое отвратительное – это то, что никакого достойного выхода из него сегодня не просматривается. Скандал только-только набирает обороты, и все самое неприятное еще только ждет нас впереди. Плита, между тем, уже стоит, это свершившийся факт, и поправить тут ничего нельзя. Поспешный демонтаж плиты был бы еще большей глупостью, чем ее поспешная установка. Впрочем, от таких не по уму усердных деятелей можно ждать чего угодно. Признаюсь, меня не удивил бы и такой поворот.


В поисках своего украинского героя

Между тем, избегать подобных ситуаций совсем не сложно. Нужна всего лишь элементарная распорядительность: никто ведь не мешал хотя бы разнести во времени открытие мемориальной доски и дни русской воинской славы! Хотя бы на несколько дней! Нужно умение грамотно и вовремя информировать своих граждан и окружающий мир о происходящем: своевременный и взвешенный комментарий, посвященный открытию мемориальной доски, мог бы в значительной степени пресечь последующие спекуляции и успокоить страсти, а то, что они будут, было очевидно изначально. Наконец, нужно не пассивно ждать инициатив исключительно со стороны – неважно, со стороны Москвы или Киева, не принимать безоговорочно один или другой официальный подход, а искать собственный путь и вырабатывать свой взгляд на историю нашего края. Нужно самим находить яркие, интересные и приемлемые как для украинской, так и для российской историографии фигуры! Возможностей для этого – великое множество. И за примерами далеко ходить не надо: 26 октября исполняется 120 лет со дня рождения Нестора Махно.

Едва ли кто-то станет спорить с тем, что Махно – не просто часть украинской истории, но и прямой наследникдуха запорожской вольницы. Махно ближе к нам по времени, и потому понятней. Махно, как историческая фигура, популярен и в Украине, и в России, а значит, внимание к нему не вызовет упреков ни в антироссийских, ни в антиукраинских настроениях.Интернационалист, сторонник социального государства, народной демократии и минимального бюрократического вмешательства – вот вам фигура, незаслуженно обойденная официальными украинскими историографами, но вместе с тем идеально подходящая по духу для Приднестровья. К тому же и деятельность его была тесно связана с нашим регионом. И что же? Никто про 120 – летие и не вспомнил. Официальные историки и идеологи ПМР пребывают в привычном оцепенении.

Приднестровье в равной степени плоть от плоти и России и Украины. Но если российская история стала частью приднестровского самосознания, то украинской истории еще только предстоит занять там свое место. Это необходимый и неизбежный процесс. Более того, без принятия украинской истории «в себя» процесс формирования приднестровского самосознания всегда будет неполным и ущербным. А украинская история – такой же бездонный океан, как и история российская. Только, в отличие от истории России, океан этот большинству приднестровцев совершенно неизвестен. Наша историография, по крайней мере – популярная, доступная неспециалистам ее часть, остается в большом долгу перед историей Украины, которую у нас знают плохо. Это, прямо скажем, стыдно и скверно. Это, в конце концов, просто обедняет нас внутренне. А заодно – делает нас беззащитными перед провокаторами, исподволь внушающими нам, будто вся украинская история – это история вражды с Россией.


Сергей Ильченко