НОВОСТНОЙ ПОРТАЛ СНГ
События в политике, обществе, спорте. Сводка происшествий. Интервью
 
2019
iа.tirаs.ru@gmаil.соm // адрес редакции

Дмитрий Чубашенко: Беда Молдовы

Эксперты // 17:39, 14 января 2008 // 2919

alt На 17-м году своей независимости молдавское государство продолжает напоминать коммунальную квартиру, которая заселена постоянно ссорящимися между собой обитателями, которая очень плохо управляется, которая все больше приходит в упадок, и жители которой разбегаются куда глаза глядят.

Когда-то обитатели этой "коммуналки" были жителями одного
большого дома, в котором не было так сильно заметно, насколько
это разные люди. Но тот дом развалился, и темные инстинкты,
которые до поры до времени удерживались под спудом, повылазили
наружу во всей своей "красе". Будь их воля, жители разных
комнатушек этого "общежития" поперегрызали бы друг другу горло,
но, увы, учитывая скромные размеры совместной жилплощади, они
вынуждены сосуществовать в ее пределах. (Это раньше можно было
сослать недругов в Сибирь, а сейчас дальше Липкан или Паланки не
сошлешь).


Европейско-общинный строй



Как отметил в своих мемуарах один из двух бывших президентов
Молдовы, на характер населения этой территории не могло не
наложить отпечаток то, что оно всегда проживало на окраине
какой-нибудь империи - римской, османской, российской,
румынской, советской, теперь, вот, - евросоюзовской. Здесь
всегда смешивались люди самых разных национальностей, которым,
однако, очень редко удавалось создать, и сколько-нибудь долго
сохранять, собственное государство. Так происходит и сегодня.

Став случайно независимым, осколок советской империи под
названием "Республика Молдова" реально не имеет ни одного
признака государства, каковыми, как учат учебники права,
государство должно обладать. Это территория, это народ, и это
правительство, которое управляет первыми двумя. Молдова
территориально расколота. Единого народа в этническом смысле
здесь никогда не было, и не будет, а нация в смысле
политическом, гражданском, так и не создана. Наконец, в Молдове
нет власти, которая контролировала бы всю территорию этого
государства, и которая смогла бы объединить пестрое население в
единую нацию. По формальным признакам, вернее, по отсутствию
таковых, Молдова - это государство-фантом.

Чтобы понять, насколько это государство расколото, купите в
пятницу - а именно в этот день выходят практически все газеты -
две дюжины кишиневских изданий, полдюжины тираспольских, и еще
полдюжины комратских и бельцких. Прочитайте все эти газеты, и вы
увидите, что они повествуют как бы о параллельных мирах, не
связанных между собой. Каждый пишет о своем, и никто - о
каких-то общих вещах, которые объединяли бы всех жителей
Молдовы, если, конечно, не считать гороскопы и прогнозы погоды.
Содержание этих газет, отражающее представления и интересы
разных групп населения, показывает, что Молдова живет
сегрегированными общинами, каждая из которых замкнута в себе, и
которым, в лучшем случае, нет дела до других, а в худшем, эти
другие рассматриваются как враждебные. Это первобытно-общинный
строй 21-го века, так сказать, европейско-общинный строй.

Линий раскола, разделяющих население Молдовы, много.


"Заднестровье"



Самый заметный, и хорошо известный международной общественности,
- это раскол по Днестру, на Левобережье, или "так называемую",
"самопровозглашенную", "непризнанную" "Приднестровскую
Молдавскую Республику", и Правобережье, или тоже
самопровозглашенную, но признанную Республику Молдова. Когда
говорят, что этот раскол не этнический, а чисто политический,
это не так. Да, и на правом, и на левом берегу проживают люди
одних и тех же национальностей, но, во-первых, в разной
пропорции (на левом берегу славян - украинцев и русских -
больше, чем молдаван), а во-вторых, что еще более важно, за
Днестром практически нет молдаван, которые считают себя
румынами. Это имеет большое значение, потому что, как
выясняется, раскол между молдаванами и румынами может быть
гораздо более серьезным и глубоким, чем расхождения между
молдаванами и нерумынами.

Приднестровская община, объявившая об отделении от Молдовы еще
когда та была Советской Молдавией, во многом, сделала это именно
из-за боязни румын, то есть румынофобии. Не только украинцы или
русские Приднестровья, но и проживающие там молдаване не хотят в
один день оказаться в Румынии - а то, что "воссоединение
разделенной Прутом румынской нации", то есть присоединение
Молдовы, является целью Бухареста, уже не скрывает даже
президент Румынии Траян Бэсеску, самый высокопоставленный - выше
некуда - апологет "доктрины алипизма".

По Днестру, действительно, проходит культурный, цивилизационный
раскол. Левый берег больше тяготеет к славянскому миру, к России
с Украиной. На правом берегу все больше укореняются румынские,
западные представления о смысле бытия. Это не значит, что
какая-то часть лучше другой, просто они разные. В СССР их
удавалось удерживать вместе, а в независимой Молдове не
получается.

Если вернуться к сравнению Молдовы с "коммуналкой", то
приднестровская "комната" отгорожена от остальной части общего
строения хорошо охраняемой железной дверью, а со стороны тыльной
стены в этой "комнате" устроено собственное крыльцо с отдельным
входом. Обитатели "Заднестровья", может быть, и готовы
договариваться с бессарабцами о мирном сожительстве в общей
"коммуналке", но согласятся ли они вместе строить какой-то новый
общий дом - большой вопрос.


Гагаузский Юг, украинский Север



Президент Румынии Траян Бэсеску по прозвищу "Траян Васильевич"
откуда-то взял, что в Республике Молдова проживает 4,5 миллиона
румын. Кто ему сообщил такие цифры, непонятно. Если бывший
командор и курс своего корабля рассчитывал, как население
Молдовы, то можно только удивляться, как он не напоролся на
рифы.

По данным официальной кишиневской переписи, в Молдове (без
Приднестровья) проживает 3,6 миллиона человек. По данным
приднестровской переписи, в Левобережье проживает 550 тысяч
человек. Если сложить эти две цифры, то получается 4,15 миллиона
человек, но никак не 4,5 миллиона. Из всех приднестровцев, может
быть, человек 500 признают себя румынами, да и то, вряд ли. На
правом берегу, кроме молдаван (до них мы еще дойдем), есть
русские, гагаузы, украинцы, которые тоже себя румынами не
считают. Речь идет о сотнях тысяч граждан, причем, про гагаузов
и украинцев можно сказать, что и у них есть свои "комнатки" в
общемолдавской "коммуналке".

В гагаузской "комнатке" в разных углах обитают люди, которые
тоже плохо ладят между собой - "красногагаузы", "единогагаузы",
"комратогагаузы". Но в целом, как бы там ни было, у гагаузов
есть своя автономия, которая пока их вполне удовлетворяет. Но,
говорят гагаузы, если завтра бессарабцы и заднестровцы начнут
вести переговоры о строительстве нового общего дома, гагаузы
тоже хотели бы получить в нем статус "дольщика" уже на стадии
проектирования.

Что касается украинских сел Севера Молдовы, то жизнь в них по
своему укладу гораздо больше напоминает жизнь
сородичей-украинцев в соседних Винницкой или Черновицкой
областях, чем жизнь сограждан-молдаван в Ниспоренском или
Яловенском районах. И если "Траян Васильевич" скажет этим
украинцам, что они - тоже румыны, те просто покрутят у виска
пальцем.


"Каса маре" для разных молдаван



Самая многочисленная "семья" в общемолдавской "коммуналке" -
это, конечно же, собственно молдаване. Им в этом аляповатом
строении принадлежит "каса маре". Но и между молдаванами
пробежала черная кошка, причем, именно этот раскол хуже всего
сказывается на всей "коммуналке", угрожая самому ее
существованию.

Молдаване бывают настолько разные, что некоторые из них
ненавидят друг друга больше, чем кого бы то ни было. Если
оставить в стороне заднестровских молдаван с их особым
менталитетом, то остальные молдаване делятся на следующие
категории: молдаване, которые считают себя молдаванами, а язык
свой - молдавским; молдаване, которые считают себя молдаванами,
а язык свой - румынским; молдаване, которые считают себя
румынами, а страну свою - Молдовой; молдаване, которые считают
себя румынами, а страну свою - Румынией; молдаване, которые
считают себя румынами, страну свою - румынской, и выступают за
то, чтобы эта вторая румынская страна когда-то объединилась с
первой, "главной", румынской страной - Румынией.

Между крайними категориями молдаван наблюдается такая неприязнь,
какой не существует между молдаванами и представителями других
национальностей. Эта вражда набирает тем большие обороты, чем
сильнее укрепляются позиции молдаван-румын-унионистов, и чем,
соответственно, сильнее им пытаются противостоять
молдаване-нерумыны-неунионисты.

В молдавской "каса маре" румыны-унионисты до того укрепились,
что заняли самое почетное и комфортабельное место - Кишинев.
Именно столица является тем центром, где сосредоточено
наибольшее число представителей этой категории молдаван. Они
умудрились захватить власть в местном муниципалитете, и сегодня
решительно выступают в качестве этаких наследников Нае Кацавенку
с его "законом прогресса": "Народ, который не идет вперед, стоит
на месте... Чем быстрее идешь, тем дальше доходишь". Куда надо
быстро идти, понятно - в Европу, то есть в Румынию.

Противостоит столичным румынам всем надоевший, старый и больной
"молдавский патриот" с репутацией пьяндыря, которого несколько
десятков депутатов избрали на должность "управдома" всей
молдавской "коммуналки". Этот горе-"управдом", этакая помесь не
то Швондера с Типэтеску, не то Гицы-полицая с Данданаки,
пытается "навести порядок" во всей "коммуналке", но все его
неуклюжие и бестолковые усилия в этом направлении приводят
только к тому, что обитатели этого дома все сильнее ругаются и
плюются, лишь плотнее закрывают двери в свои "комнаты", а само
строение все больше ветшает и приходит в негодность.


Беда Молдовы



"Управдом", который узурпировал право единолично командовать в
молдавской "коммуналке" - очень странный человек. Его
"патриотизм" принимает порой болезненные формы. Например, его
отношение к румынам совпадает с позицией приднестровцев, а его
отношение к приднестровцам совпадает с позицией румын. Он,
видимо, полагает, что это очень принципиальная позиция, но на
самом деле, это очень нездоровая позиция.

Этот "управдом" умудрился так доуправляться, что при нем
одновременно набрали обороты и русофобия, и румынофобия, но при
этом ни русские, ни румыны не стали лучше относиться к
молдаванам. Разве это не странно?

С точки зрения тех же самых приднестровцев, между этим
"управдомом" и "Траяном Васильевичем" нет никакой разницы.
Последний даже предпочтительнее, потому что он уже "встроен" в
евросоюзовскую систему, гарантирующую права национальным
меньшинствам, и на него, в отличие от "управдома", можно найти
управу хотя бы в Брюсселе. На кишиневского же "Швондера",
который сам себе режиссер, жаловаться некому.

Кто-то говорит, что этот "Гица-полицай" - проклятие молдавского
народа, доказательством чему служит то, что он поставил на
"службу" разделения людей даже то, что их всегда объединяло -
православную веру. Проклятие или не проклятие, нам неведомо, но
то, что это просто-таки беда для Молдовы - бесспорно.


Птица евросчастья завтрашнего дня



У молдавской "коммуналки" нет нормального хозяина, который сумел
бы наладить в этом помещении нормальную жизнь. Именно поэтому
столько людей уже покинули этот дом и переехали в другие в
поисках лучшей доли.

Проблема московских "коммуналок" была решена просто. Людей
отселяли, а новые хозяева делали в помещении евроремонт. От
прошлого не оставалось ничего - ни старого жилья, ни старых
жителей. В случае с молдавской "коммуналкой" людей не отселишь.
Многие уехали из-за де факто политики геноцида со стороны
"управдома"-мизантропа, но чтобы полностью очистить жилье от
людей, пришлось бы посыпать всех дустом. А это слишком даже для
"истинных молдавских патриотов".

Но делать евроремонт, рано или поздно, все равно придется. Кто,
как, на какой "стройплощадке" будет его делать, сегодня сказать
трудно. Будет ли это "общемолдавский", то есть
бессарабско-заднестровский, дом? Или произойдет "раздел
жилплощади"? А может, Румыния, улучшит свои "жилищные условия"
за счет бывшей молдавской "коммуналки"? Не знаем. Но согласимся
с теми, кто полагает, что нормальных "управдомов" и "прорабов"
из своей среды нынешние обитатели этой "нехорошей квартиры"
выдвинуть не в состоянии.

У существования государства, как и у человека, должны быть
какой-то смысл, какая-то цель. Ни "управдом", ни его оппоненты
не в состоянии определить для молдавской "коммуналки" такую
цель, которая наполнила бы смыслом ее существование.

Судя по всему, в конце концов, дело возьмет в свои руки
стратегический иностранный "риэлтор-девелопер", и закончится все
тем, что молдаван за уши втянут в очередную империю - на этот
раз, евросоюзовскую. Может быть, так будет лучше всем. Самих
молдаван вряд ли о чем-то спросят, хотя они, в общем-то, и не
возражают, чтобы кто-то со стороны решил за них всех их
проблемы. Им и в предыдущих империях было не плохо. И на этот
раз тоже все за них сделают. Отремонтируют им дом, определят им
правила общежития, дадут им денег. Проведут им демократические
выборы нового "управдома". Определят им управляющую компанию из
Вашингтона и Брюсселя.

В итоге, бывшие обитатели "коммуналки" снова станут жителями
современной квартиры в большом, чистом, богатом общеевропейском
доме.

И будет молдаванам евросчастье.

Дмитрий Чубашенко, "Молдавские ведомости".