НОВОСТНОЙ ПОРТАЛ СНГ
События в политике, обществе, спорте. Сводка происшествий. Интервью
 
2022
iа.tirаs.ru@gmаil.соm // адрес редакции

Свой интерес

Эксперты // 12:08, 10 августа 2008 // 4187

 

 

altСобытия в Южной Осетии были срежиссированы в расчете на вполне определенную реакцию России – как на государственном, так и на общественном уровне.  После долгих трудов резкий ответ России был, наконец, получен. Первая реакция есть – что дальше? И вообще, кто эти режиссеры и стоит ли облегчать им задачу?

Война в Южной Осетии о предотвращении которой дипломатическими методами так много говорили в последнее время, стала реальностью. Как это обычно бывает, дипломаты ничего не предотвратили. Война была нужна многим – и война началась. Это именно война – отнюдь не локальный конфликт, и масштабы ее пока не предсказуемы. Разумеется, у всех сторон, так или иначе посодействовавших началу войны, есть свои сценарии и свои прогнозы. Никто не  жаждет масштабных катастроф – вопрос лишь в том, насколько удастся  удержать в спланированных рамках реальные события. Обстановка в мире сегодня накалена до предела, все неустойчиво, малейший толчок может вызвать лавину… Первая Мировая война тоже началась с нескольких выстрелов на удице провинциального Сараево. Впрочем, не будем нагнетать и без того мрачную атмосферу.

Как бы то ни было, сегодня в Южной Осетии гибнут люди. Только с осетинской стороны погибло уже примерно полторы тысячи человек. Цифра не окончательная – люди гибнут   и сейчас, когда я пишу эти строки, и, по-видимому будут гибнуть и тогда, когда вы, читатель, их прочтете. Вдумайтесь: вы читаете, а кто-то – вот прямой сейчас – умер. От пули. От разрыва мины. От раны, которую не смогли вовремя перевязать и обработать.

Осетины защищаются. На помощь пришли российские миротворцы.  Люди гибнут с обеих сторон, и пусть пламенные сторонники добра с огромными кулаками и в бронежилете осудят меня - я не считаю поводом для радости смерть грузинских военнослужащих. Некоторое моральное удовлетворения я, пожалуй,  получил бы от гибели тех, кто в действительности спланировал и начал эту войну, но они, увы, пребывают в полной безопасности. Рядовым же исполнителям их приказов эта война так же не нужна, как и

всем прочим. Но кто начал войну? И зачем?

Фактор Саакашвили

Что бы ни говорили о несамостоятельности грузинского президента, окончательное решение о начале войны принадлежало именно ему. Более того,  мнение грузинского президента было, в данном случае, решающим. Упрись Саакашвили, прояви твердость - и никакое давление извне не заставило бы его начать военные действия. Да, по большому счету, никто на него особенно и не давил, во всяком случае, никто не подталкивал его к военному конфликту таких масштабов.

Итак, решающими факторами начала войны стали политический курс и конкретное политическое решение Михаила Саакашвили. При этом, мотивы грузинского президента вполне прозрачны и понятны. Сегодня Саакашвили пребывает в политическом тупике. Пересажав-передушив всех своих противников, он оказался  фактически в изоляции. Страна стремительно разрушается,  никаких перспектив не видно, а это означает, что изгнание Саакашвили не за горами. Грузинская традиция в этом отношении достаточно беспощадна и однозначна. Ни один из президентов независимой Грузии еще не уходил со своей поста по-хорошему, отбыв положенный срок и сдав полномочия своему преемнику, победившему на выборах.

Так вот, по замыслу Саакашвили война в любом случае будет носить ограниченный характер. Грузия попытается решить осетинский вопрос силой, Россия может либо отмолчаться (такой вариант грузинский президент тоже, надо полагать, не исключал, более того – именно на него он, по некоторым признакам, и рассчитывал) либо получить отпор. В первом случае Саакашвили оказывался бы миротворцем, победителем и объединителем страны. Во втором – жертвой российской агрессии, взывающей о помощи к мировому сообществу. Президента Грузии, в принципе, устраивали оба варианта. Любой из них позволял, по его расчетам, увести экономические проблемы из центра общественного внимания и спрятаться за чрезвычайным положением и всеобщей мобилизацией, а также попросить денег для восстановлен и интеграции Южной Осетии -или для организации обороны от российской агрессии.

Фактор «США против ЕС»

Я никогда не поверю, что США, устами любого из своих официальных представителей, хотя бы намеком подталкивали Грузию к войне. Причина моего неверия в том, что такие шаги, даже предпринятые в очень узком кругу, иной раз всплывают на свет и вызывают крупные политические потрясения. Итак, официальные представители США всегда и везде говорили с Саакашвили и его окружением только о мире, но…  Но при этом США в последние годы серьезно укрепляли грузинскую армию, а Саакашвили всячески содействовал им в этом. В частности, президент Грузии пропускал все большие и большие контингенты грузинских военнослужащих через Ирак и Афганистан. Кроме того, помимо официальных представителей правительства США, связанных протокольными условностями, есть еще и служащие различных кампаний, фондов и т.п. Эта категория лиц гораздо свободнее в своих действиях и заявлениях.

В чем состоял интерес США в развязывании войны? Вопреки распространенному мнению, акция по нагнетанию напряженности на Кавказе направлена вовсе не против России – напрямую. По меньшей мере, если она и направлена против нее, то лишь в самую последнюю очередь. У США несколько иные цели. США встревожены усилением ЕС - как финансовым, так и политическим. Они встревожены им уже не первый год, и уже не первый год, раз за разом подкладывают своему другу, союзнику и лютому конкуренту очередную свинью, чреватую падением европейских  финансовых рынков. Так было с Югославией, так было и с Ираком. С Афганистаном было чуть-чуть не так, но процентов 90% наркоты, выращиваемой там сегодня (талибы, в бытность свою у власти, давили наркоторговцев беспощадно), потребляется именно в странах ЕС – а это вызывает рост криминала, рост маргинального элемента, рост нестабильности в обществе и, в конечном итоге – удар по той же кредитно-финансовой системе ЕС. Сегодня доллар пребывает в сложном положении, поднять его США сегодня не в силах  - но они вполне в силах слегка придержать конкурентов, рвущихся вперед. А война на Кавказе, играющем одну из ключевых ролей в нефтегазовом транзите – это очень хороший способ несколько придержать зарвавшихся европейцев. Наиболее заинтересованными в таком сценарии оказываются не столько даже американские правящие круги, сколько базирующиеся на Америку ТНК.

Интересы непризнанных и интересы России

Я очень далек от того, чтобы предположить заинтересованность Южной Осетии в войне – слишком дорого она обходится этой маленькой республике. Однако нельзя не признать, что ситуация с урегулированием конфликтов, приведших к появлению на территории бывшего СССР четырех непризнанных  государств, зашла в тупик. Нынешний конфликт может означать развязку этого тупика, по меньшей мере, для двух из четырех непризнанных республик: для Южной Осетии и для Абхазии. Для Южной Осетии уж во всяком случае -  поскольку о возвращении ее в Грузию говорить теперь будет крайне сложно.

Промежуточная ситуация «ни мира ни войны» порой ставила в двусмысленное положение и Россию. Так вот, сегодня и тут  появилась некоторая определенность! Россия сегодня может пойти на сближение с непризнанными республиками опираясь на реальную ситуацию, а не на какие-либо «прецеденты». Нет, впрочем, недостатка и в прецедентах. Например, операция по принуждению грузинской стороны к миру прекрасно «подпирается» в качестве прецедента натовской операцией против Югославии. В целом, события в Южной Осетии будут по-видимому способствовать созданию большей стабильности в регионе, если… если только воюющие стороны сумеют вовремя остановится и локальный пока конфликт не перерастет в нечто большее. Либо – если Соединенные Штаты не сумеют сдать переговорную колоду «по новой».

Реакция международного сообщества

Реакция, надо сказать, пока довольно вялая. В принципе, это вполне объяснимо. Во-первых, прецедентов самого разного вмешательства в формально внутренние конфликты за последние десятилетия накопилось много, а действия России на общем фоне, как их ни суди, смотрятся весьма и весьма умеренно. Напомню, что с формально-международной стороны события в Южной Осетии – внутреннее дело Грузии. Правда, там проживает много граждан России, но, опять-таки, с чисто формальной стороны – без ведома и разрешения властей Тбилиси.  Одним словом, все страны, включая, кстати, и США, отделались довольно вялыми заявлениями о необходимости восстановления мира на условиях уважения к территориальной целостности Грузии. Прямо поддержали: Грузию только Литва, а Россию – только Казахстан. И, судя по развитию ситуации едва ли в ближайшем будущем можно ожидать чего-то другого, более решительного. Будет идти война взаимных заявлений, осуждений действий одной из сторон и т.п. Нельзя сказать, что такая война безобидна – но сегодня на пропагандистском фронте налицо относительное затишье и примерный паритет сил.

Прогнозы

Безусловно, все события, предшествовавшие новому конфликту вокруг Южной Осетии, будут внимательно изучены, а ситуация  - спроецирована на Приднестровье. При всех поправках на несходство, общих черт у режимов, правящих в Кишиневе и в Тбилиси, сегодня очень много.  А это означает, что шансы на возвращение Приднестровья в Молдову, и без того незначительные, резко уменьшились.

Горячая фаза военных действий продлится, вероятно, еще недели две. Если за эти две недели события не примут глобального развития, и на Кавказе не вспыхнет большая война - а вероятность этого есть, хотя и не слишком большая – то все постепенно стихнет и вернется к фазе переговоров. Правда, предмет переговоров будут, по-видимому, уже иным. Вопрос о возвращении Южной Осетии и Абхазии в состав Грузии сегодня смотрится как политический анахронизм. Исходя из сегодняшней ситуации, речь скорее может идти о демаркации новых границ и об ответных шагах России в связи со вступлением «урезанной» Грузии в НАТО. Однако подобная постановка вопроса в перспективе означает достижение стабильности в регионе. Не важно, какой именно стабильности - но стабильности. А в этом, как уже было сказано, не заинтересованы США.

Ситуация «ни мира ни войны» в наибольшей степени отвечает сегодня именно американским интересам на Кавказе. Она открывает множество возможностей для управляемой дестабилизации, причем, не только на самом Кавказе, но и в СНГ и в Европе. Так что едва ли США, весьма плотно задействованные в грузинской политике, допустят прихода эпохи стабильности. Гораздо больше Соединенные Штаты заинтересованы в том, чтобы переговоры, перемежаемые конфликтами, длились вечно.

Именно по этой причине США и стремятся сегодня войти в переговорный формат по проблеме Грузии-Осетии-Абхазии на правах полноправных посредников. В этом, они, несомненно получат полную поддержку грузинской стороны. И в итоге, в формат переговоров, по всей видимости, войдут.

Если им это удастся, то следующим шагом станет попытка новой постановки  вопроса о возвращении Южной Осетии и Абхазии в Грузию. Но при этом, США столкнутся с одним по-настоящему существенным препятствием – с Михаилом Саакашвили. Как ни крути -  а Саакашвили - главный инициатор нынешней войны, нарушивший все договоренности, все обещания не прибегать к силе, и абсолютно не подходящий по этой причине на роль миротворца. Последнее мирное заявление Саакашвили сделал за день до начала штурма Цхинвала. Можно, конечно, сказать, что это был тактический ход. Точнее, это можно было бы сказать в том случае, если бы Грузия сумела захватить и удержать Цхинвал. Но, поскольку грузинские войска из Цхинвала выбиты,  речь может идти только о вероломстве, и о невозможности вести с Саакашвили любые переговоры в дальнейшем.

Иными словами, Саакашвили немного ошибся в расчетах. Выйти из военной авантюры победителем он мог только в одном случае: если бы Россия осталась на позициях невмешательства. Но Россия немного изменилась. Россия уже не позволяет просто так, совсем безнаказанно убивать своих граждан и своих военнослужащих. Еще совсем недавно такое сходило с рук, еще недавно Россия терпеливо сносила нападения грузинской стороны на своих солдат и офицеров, а сегодня уже  не терпит. Сегодня Россия дает отпор.

Это вовсе не делает ситуацию в Грузии простой и однозначной. Это отнюдь не гарантирует признания Южной Осетии и Абхазии. Но самому Саакашвили это подписывает политический приговор: он проиграл. Он проиграл в главном для себя – сегодня Саакашвили окончательно стал неудобен для самих американцев. Вопрос его замены на более подходящую фигуру будет, по всей видимости, решен еще до конца нынешнего года. Что будет дальше – сказать трудно. Но будет это «что-то» уже без него, без Михаила Саакашвили. США никогда не держатся за неудачников, и легко меняют отслуживших и пришедших в негодность провинциальных диктаторов.

Сергей Ильченко